Mobile menu

 

 

 
Аида БОРИСКИНА, член Союза писателей России
 
«Как много жизненных впечатлений подарила судьба этому человеку!» – вот первая мысль, которая возникает по прочтении новой книги Владимира Федорова, известного поэта, лауреата Большой литературной премии России и Всероссийской премии им. Николая Гумилева. Кажется, что этих впечатлений могло бы хватить не на одну жизнь.

Якутия, Африка, Колыма, Аляска – где только не удалось ему побывать, а, главное, сколько увидеть, воспринять, осмыслить и переложить в поэтические строфы.
Книга состоит из шести циклов – тетрадей. Родине поэта – Якутии посвящена «Аквилонская тетрадь», получившая это звучание по наименованию северного ветра – Аквилона.
«Сотворил меня Господь над Леной,
Окунул в морозы и пургу,
Чтобы на краю Его Вселенной
Разбудил я вечную тайгу».
(«Аквилонская тетрадь», с.41)
Для поэта привычны 60-градусные морозы, от которых у человека перехватывает дыхание, птицы падают на лету, и становится хрупким, как стекло, металл. Но люди и здесь продолжают работать, любить, творить и видеть в этом суровом краю свою неповторимую красоту.
«Необъятен зимний миф якутов,
Не отыщешь слаще этой доли,
И снега по курсу- девять футов,
Девять футов куража и воли.»
(«Аквилонская тетрадь», с.66)
Удивительным контрастом аквилонскому циклу звучат стихи из «Африканской тетради».
«Над Якутией небо в инее,
Катит стужа девятый вал,
Только снится мне Абиссиния
В ожерельях багровых скал».
(«Абиссиния», с.187)
То лениво, тягуче, сладостно, то ритмично, как звуки тамтама текут мелодии африканских стихов поэта. Стихи яркие, красочные, мужественные, наполненные южной экзотикой. Это стихи покорителя природы, над которыми словно витают тени Николая Гумилева и Эрнеста Хемингуэя.
С Африкой тоже сроднилась душа поэта, он чувствует себя как бы частицей этой земли, растворяясь в ее знойном мареве, но в глубине души у него всегда родина – Россия.
«Я захлебнусь от ласки черно-синей,
Я в кураже зайдусь от львиных ран,
Но…пробужусь в отеческой Росси,
В сугробах самой снежной из саванн».
(«Африканская тетрадь», с.206)
В творчестве Владимира Федоров чувствуется несомненное родство с поэзией Николая Гумилева. Но Гумилев творил в ту эпоху, когда огромный мир дикой природы казался неисчерпаемым, враждебным маленькому человеку. Отсюда Гумилевская непреклонность, решительность конкистадора-покорителя новых пространств.
Но роли переменились. Сегодня уже природу нужно спасать от ее покорителя – человека. И в творчестве Владимира Федорова с неожиданной силой зазвучали совсем иные мотивы по отношению к миру живых существ, населяющих нашу Землю. Поэт им сочувствует, восхищается ими, как равными, глубоко проникает в их психологию.
Стихотворения «Волк», «Последний охотник», «Заяц», «Шатун», «Маугли» из цикла «Колымская тетрадь» проникнуты такой болью за судьбу дикой природы, что у читателя сжимается сердце. Пронзительно звучит стихотворение «Колыбельная волчицы» о необычайно гнусном, изуверском способе охоты на волков, когда охотник уродует крохотных волчат в материнском логове, чтобы потом убить их, беззащитных, когда они вырастут.
В этом стихотворении звучит грозное предупреждение человеку о неминуемой мести природы за насилие над ней. И разве не чувствуем мы это сегодня, наблюдая повсеместно ураганы, наводнения, смерчи, землетрясения? Мне кажется, что это стихотворение – «Колыбельную волчицы» было бы полезно включить в школьные хрестоматии.
Каждая из шести глав-тетрадей открывает новые грани таланта автора, а для читателя – новые горизонты познания Сибири.
Что знаем мы о любви знаменитого   первопроходца Семена Дежнева и якутской красавицы Абакаяды – его жены, принявшей христианство и умершей спустя 20 лет, так и не дождавшись его возвращения из похода – история не менее трогательная, чем та, что послужила сюжетом рок-оперы «Юнона и Авось»?
(«Абакаяда». Из цикла «Походная тетрадь», с. 110.)
Или о женском подвиге княгини Ирины Головкиной, задолго до декабристок последовавшей в колымскую ссылку за своим мужем и хранившей 10 лет во льду его тело, чтобы, когда придет время, похоронить его на родине.  
(«Возвращение вице-канцлера» - «Колымская тетрадь», с.130.)
Или о походе Никиты Шалаурова, отправившегося в 1755 году от Колымы до Чукотки и далее – до Америки ради «приращения земель российских» и погибшем на своей затёртой во льдах шхуне.
(«Походная тетрадь», с. 114)
В книгу вместилось множество тем, размышлений и переживаний автора: память о войне, о сталинских лагерях, боль за исчезающие деревни.
«Я сошел с небес в твой далекий лес.
Здравствуй, моя родина…
Только больше нет здесь твоих примет,
Даже огонька.
И, не зная рук, разрослась вокруг
Чёрная смородина.
Как она горька,
Как она горька,
Как она горька!»
 Мы найдем здесь и стихи о любви, размышления о тайне творчества и многое другое. Не забыты и друзья поэта, а также те трудяги-шоферы, которые и сегодня ежедневно рискуют жизнью на узких «прижимах» горных колымских трасс.
Стихи мужественные, наполненные глубоким смыслом – из тех, что дают пищу и уму, и сердцу. Их можно читать и перечитывать не единожды. В них есть главное, что отличает настоящую поэзию: это не просто рифмованные строчки, а исповедь.